Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

философствующий

Копцев

О нём известно немногое. Был он советологом и учеником Титуса Советологова.

Тщась снискать расположение Титуса и будучи им отвергнут, он решил превзойти его во всём, как в мизантропии, так и в военных подвигах. С этой целью напал он на Иерусалимский зиндан, к тому времени заново отстроенный в Москве по приказу тиранна Ельцина, намереваясь в одиночку истребить всех находящихся там иудеев.

С оружием в руке он ворвался в храм, но будучи хил и немощен от природы, смог нанести иудеям лишь незначительные удары. Собравшиеся же, погружённые в благочестивое созерцание, того не замечали. Тогда рассерженный Копцев, собравшись с силами, оцарапал иудейского священника. Некоторые же говорят, что оцарапал он не самого священника, а его племянника или мерседес. Иные же говорят о джипе, но это кажется нам недостоверным.

За осквернение священного места Копцев был судим синедрионом, состоящим из иудеев. Вначале те хотели его казнить, однако же Копцев заворожил судей своими рассуждениями о мизантропии, так что иудеи, имеющие к этому учению природную склонность, сжалились и приговорили его лишь к многолетнему заключению в узилище. Но, дабы наказать порок и подвергнуть его осмеянию, они основали общественный праздник, называемый "Пурим". В этот день они сжигают на площади изображение Копцева и поют про него непристойные песни.

Впоследствии этот обычай распространился и в других странах, где живут иудеи. В Англии он известен как "день Фокса", потому что местные иудеи произносят имя Копцева именно таким образом.

Копцеву также приписывают убийство некой девочки из племени таджиков, более ничем не прославившейся.

Изречение Копцева известно одно: "Я пришёл вас убить".

У нас о нём есть такие стихи:

Храбрый ты муж и достойный, Копцев, противник семитов,
Ты ведь свою философию делом поведал, не только словами:
Многие любят в агорах бесстыдно судить о евреях,
Делом же речь завершил Копцев, великий философ.
философствующий

Советологов

Советологов, по прозвищу Титус, латинянин.

Родился он в семнадцатом году, а какого тысячелетия - нам о том не известно. До своего обращения к философии был он военачальником у тиранна Сталина. Воевал он со зловредными иудеями, именуемыми также хазарами, всех их победил и разрушил Иерусалимский зиндан. За это историк Светоний поименовал Титуса любовью и отрадой рода человеческого, наделенного особенным даром, искусством или счастьем снискать всеобщее расположение. Однако впоследствии он совершенно забросил воинские занятия и всецело предался философии.

О том существует легенда, доселе известная. В ней повествуется, что Титуса якобы укусила змея, выползшая из черепа его любимого коня, к тому времени опочившего. От того укуса Титус три дня пролежал как мёртвый, так что воины справили по нём тризну и даже хотели сжечь его тело на костре, как то принято у латышского племени. Однако на костре Титус очнулся и посреди всеобщего изумления встал и сказал, что по воле богов возвратился к жизни и отныне посвящает её не человекоубийству, а любви к мудрости. О том повествует поэт Пушкин в своей оде, где называет Титуса Олегом за его доблесть.

Порфирий же в своём трактате "О пещере нимф" пишет, что история Титуса есть переиначенный орфеев миф, ибо змея у орфиков считается символом мудрости, а её укус - первичным побуждением к философии или удивлением, на что указывает также Аристотель в сочинении "О частях животных".

Предавшись любви к мудрости, Титус возненавидел все человеческие дела и основал школу мизантропов, сиречь человеконенавистников. В избегании людей он достиг крайних степеней и даже никому не показывался, кроме Третьякова, которого считал непохожим на прочих - то ли потому, что имел сходные с ним взгляды, то ли по причине любви к единоплеменнику. Говорят, что он был также его наложником, но точно это неизвестно.

Во всём следуя за Третьяковым, он жил у него в доме и даже был его управляющим, а также садовником и библиотекарем.

Учение Титуса состояло в человеконенавистничестве и любви к тиранну Ельцину. Его он почитал вреднейшим для людей и оттого особенно ценил. Впоследствии, когда Третьяков сошёлся с тиранном Путиным, Титус полюбил и его по той же причине.

Были у него и последователи, именуемые "советологами". Из них известен Бжезинский, о котором мы расскажем в другом месте.

Был и другой Титус, римский историк.
философствующий

Новодворская

О ней известно, что вначале она была слушательницей Ленина, потом же, отвратившись от его учения, перебежала к Чаадаеву и стала придерживаться его мнений и образа жизни. Подражая ему во всём, повредилась в уме, по каковой причине была подвергнута лечению черемицею. Излечившись, она уехала к чеченскому тиранну Дудадеву, прослышав о его мудрости. Говорят, что она понуждала его разделить с ней ложе, но Дудаев её отверг по причине своей любви к юношам.

Некоторые утверждают, что её отверг и Басаев, но это кажется нам недостоверным.

Учение её таково. Есть только одно благо (agaton), лишь именуемое по-разному: иногда Богом, иногда Мудростью, иногда Капитализмом, иногда же Западом и прочими подобными наименованиями. Россия же, по её мнению, по своим свойствам полностью противоположна благу, и потому должна быть разрушена.

Сочинения её известны следующие: "По ту сторону отчаяния", "Над пропастью во лжи", "Мой Карфаген обязан быть разрушен". Сохранилось также множество её писем, поносящих тираннов, в основном Ленина и Путина.

Вот её письмо к своим ученикам.

Новодворская демократам желает радоваться. Прослышала я, что 14 марта граждан РФ любезно пригласят на избирательные участки, чтобы использовать как статистов для легитимации диктатуры В. Путина, который до такой степени презирает свой народ, общественное мнение Запада и конкурентов, что не дает себе труд притвориться демократом и поучаствовать в телевизионных дебатах.
Граждански дееспособный народ проигнорировал бы выборы. Сорвав их, он избавился бы от безальтернативного кандидата в диктаторы Путина В.В. Но даже если большинство и к этому не готово или боится из-за своей неявки попасть в черные списки, для демократов бойкот выборов становится гражданским и нравственным долгом, а также единственным способом сохранить свое человеческое достоинство. Один факт появления на избирательном участке означает соучастие в установлении диктатуры и готовность смириться с затеянной властью игрой, и даже сыграть в ней свою партию.


Про Новодворскую ещё говорили, что она отличалась необычайной тучностью, из-за любви к пирам и фуршетам. В этом она была сходна с Засулич, о которой мы писали в другом месте. Иные же утверждают, что она страдала водянкой, отчего казалась тучной, на самом же деле она была воздержана в пище и питье.
философствующий

Засулич

Учениями Лимонова была пленена и некая Засулич, именем Вера.

Она полюбила речи Лимонова и образ его жизни, так что не обращала внимания ни на красоту, ни на знатность своих женихов, любя лишь его одного. Она даже грозила родителям, что наложит на себя руки, если не раздели с ним ложе. Лимонов тоже отговаривал её, ссылаясь на тяготы своего учения, но та стояла на своём. Тогда Лимонов восхитился силой её духа, не свойственной женщинам, и взял её к себе наложницей.

Когда тиранн Путин пленил Лимонова, Засулич лишилась ума от горя, и поклялась убить тиранна. Пробравшись в его опочивальню, она метнула в него яйцо, начинённое ядом, от чего тиранн и скончался, проклиная Мойр, судивших ему пасть от руки женщины.

Иные же говорят, что она по ошибке умертвила не Путина, а некоего Трепутина или Трепова, о котором нам ничего доподлинно не известно.

Ещё говорят, что Путин подверг Лимонова некоему позорному наказанию, не приличествующего свободорождённым: то ли повелел высечь, как раба, то ли отдал на потеху тюремщикам, по каковой причине Засулич и впала в неистовство. Всё это кажется нам недостоверным.

Суд, над ней состоявшийся, доселе известен. Был он подобен суду над Сократом, но в обратном смысле: народное собрание, зная вину Засулич, из ненависти к тиранну подарило ей свободу, а также питание за общественный счёт в Кремле.

Вследствие этого она пристрастилась к пирам и фуршетам, и от чрезмерно обильного питания стала тучной и лишилась женской привлекательности, так что Лимонов её покинул ради флейтистки Медведевой. Засулич же в гневе наложила на себя руки.

Об этом судебном процессе до сих пор идут споры среди философов.

Изречение её известно одно: "Свободу народу Чечни!" Иные же приписывают это изречение не ей, но Новодворской.
философствующий

Гумилев

Он происходил от поэта Гумилева, сочинившего множество трагедий. Был этот Гумилев, отец нашего, убит тиранном Лениным, против которого готовил заговор.

Мать его также была поэтом, подражая в этом Сапфо. Среди ее сочинений называют "Поэму без героя", а также приписывают ей множество примечательных изречений. Другим ее сыном был Бродский, также поэт, получивший Нобелевскую премию за свою мудрость, третьим же называют Наймана.

Рассказывают также, что мать Гумилёва, породивши означенное потомство, любила только младших детей, старшего же совсем забросила. По этой причине Гумилёв возненавидел мать, отца же своего любил и почитал. Некоторые его за это одобряют, иные же порицают.

В своем учении подражал он древним, и прежде всего Гераклиту Эфесскому, сказавшему:
...Всякая тварь бичом пасется.
Подобно ему, он также говорил о неком гении или божестве, ударяющем по Земле бичом; и в месте, где он ударил, рождается множество героев, народы преуспевают в науках и ремеслах и одерживают воинские победы над своми соседами. В тех же местах, от которых это божество отвращается, люди впадают в изнеженность и самодовольство, и от того целые страны приходят в запустение. Первое состояние он называл пассионарностью, второе же - ее отсутствием, и первое хвалил, а второе порицал. Иные говорят, что делал это он оттого, что сам, невзирая на свое имя, был некроток сердцем, а в речах прославился своей воинственностью. Некоторые ещё рассказывают, что он нанёс удар по щеке некоему Яковлеву, будто бы написавшему что-то дурное о его матери, иные же приписывают это не ему, но Сахарову.

Называл он себя материалистом и диалектиком, но всё это он делал, чтобы угодить тиранну Сталину, сменившему Ленина, сам же среди учеников он диалектику только вышучивал.

Говорил он и о том, что народы имеют срок жизни, определённый им в тысячу двести лет. Некоторые полагают, что этому учению он научился сам от себя, но нам кажется более достоверным, что он принял его в подражание Платону и Пифагору, учивших о том, что всему положен свой срок, и о числе.

Также учил он о вреде, доставляемом евреями, обличая их в злокозненной порочности. Евреи же на то указывали, что самое их долгое существование как бы опровергает воззрения Гумилёва. Гумилёв на это обычно отвечал, что мёртвое живёт дольше живого, приводя в пример ламий, эмпуз и тому подобное. Но евреи над всем этим потешались, и Гумилёв, не вынеся насмешек, умер от огорчения.

Учениками его были Дугин, Лимонов, а также Шмулевич из Хеврона. А геометр Фоменко, хоть и не считал себя его учеником, однако заимствовал у Гумилева некоторые положения, в частности, его учение о татарах.

А вот наша эпиграмма на него:

Мудр ты был, Гумилёв, исчисливший сроки народам.
Всё же тебя опроверг малый евреев народ.
философствующий

Писарев

О нём известно немногое. Был он другом философа Чернышевского, и страдал меланхолией. Любил красно-синие одежды из сарафанного ситца и греться на солнце. Заключённый тиранном в узилище, написал незнакомой девице письмо с предложением сочетаться браком, но был ею отвергнут.

Сочинений он никаких не оставил, кроме газетных статей, да и те приписываются отчасти Чернышевскому, отчасти Розанову, отчасти другим. Иные же говорят, что он написал какое-то сочинение, но название его не сохранилось.

Изречение его известно одно: "Сапоги выше Шекспира." Некоторые полагают, что оно содержалось в том сочинении, и что в нём доказывалось, будто бы сапоги Шекспира превосходят по величине самого Шекспира, подобно тому, как кожура банана превосходит даже самый большой банан, но это кажется недостоверным.

Ещё некоторые говорят, что Писарев, учась бесстрастию, спал на гвоздях и соблюдал диету, именуемую боксёрской: абсолютно ел яблоки, абсолютно не ел абрикосов, апельсины же ел в столице, но воздерживался от них в провинции. Таким необычным образом жизни он привлёк к себе многих юношей, стремящихся к добродетели.

Проповедовал он также и тираноубийство, и даже собирался совершить таковое, но не преуспел, так как скончался от меланхолии и разлитии желчи.
философствующий

Толстой

Толстой известен тем, что написал много книг, но не сам их сочинил, а заимствовал учения мудрецов древности, выдавая их за свои. Заимствовал он у Сократа, Лао-Цзы, Эпиктета, Конфуция, Монтеня, Марка Аврелия, Ренана и многих других. Книгу же "О войне и мире" он, как говорят, полностью списал у Сунь-Цзы, китайца.

Есть у него и книга "Воскресение". Там рассказывается о том, как некая девушка из простых, попав впервые на представление трагедии, не могла взять в толк, отчего все актеры говорят громкими голосами и передвигаются на котурнах.

Подражал он пифагорейцам, перипатетикам и стоикам. Первым - воздерживаясь от вкушения мяса и всего, в чем есть душа; вторым - прогуливаясь, а третьим - своим учением, хоть и не во всем. Учил же он, что в мироздании действуют две силы. Из них первую он именовал "Войной", а вторую "Миром". Первой, по его мнению, следует всячески избегать, а ко второй стремиться, ради чего не следует никак препятствовать людям, совершающим злодеяния, а, напротив того, их любить.

Рассылал он и письма, подобно Чаадаеву, обращённые к разным могущественным тираннам, а также к народным собраниям и даже к целым народам.

Вот его письмо, обращенное к шведскому народному собранию:

Шведскому народу и всем народам Ойкумены Толстой радоваться желает. Следует вам обнародовать такое воззвание к людям всех и в особенности христианских народов, в котором мы ясно и определенно высказали бы то, что все знают, но никто или почти никто не говорит, а именно то, что война не есть, как это признается теперь большинством людей, какое-то особенно доброе, похвальное дело, а есть, как всякое убийство, гадкое и преступное дело, как для тех людей, которые свободно избирают военную деятельность, так и для тех, которые из страха наказания или из корыстных видов избирают ее.

Изречения его были таковы: "Все счастливые семьи подобны друг другу, несчастливые же различны", "Не могу молчать", "Не убий".

Хармс писал о любви Толстого к детям, Ленин уподобил его зеркалу русской революции, а Леонтьев - некому чудовищному животному, вроде рогатого слона или химеры. Соловьев же вывел его в диалоге "Три разговора" под именем князя.

Женат он был на женщине по имени София, отличавшейся, подобно Ксантиппе, вздорным и жестоким нравом. На старости лет он попытался бежать от нее, но в пути простудился и так нашел свою смерть.

Слушателем его был живописец Репин. Подражая ему, он также перестал вкушать мясо, женился на злонравной женщине и установил в своем доме особый вертящийся стол, который и ныне показывают. Были и другие последователи Толстого, называвшиеся по его имени толстовцами.

О нем есть такая эпиграмма:
Великий русский писатель граф Лев Николаич Толстой
Не ел он ни рыбы, ни мяса, бродил по аллеям босой.


Мы же сочинили о нем следующее:

Хоть и учил Толстой непротивлению,
Не смог он вынести супруги вздорный нрав,
Бежав позорно, тяжко занемог в пути,
Так и погиб, потомкам в назидание.


Толстых было четверо. Первый - наш философ, второй - историк, изложивший в прекрасных стихах историю государства Российского от Гостомысла до Тимашева. Он же сочинил песню "Таирова поймали", доселе известную, а также диалог "О прекрасном", где действуют мудрецы Клефистон и Стиф. Третий Толстой, поэт, был дружен со Сталиным. Он писал трагедии, прославился также и своим обжорством. Четвертая же Толстая - женщина, сочинительница историй на манер Элиана. Она же породила доныне известного дизайнера Лебедева, написавшего "Правила для руководства ума".
философствующий

Зиновьев

Был он трудолюбив, но недаровит, и вдобавок крайне медлителен. В юности водил дружбу со Щедровицким и Мамардашвили, потом же оставил их, опасаясь обвинений в порочной изнеженности. Добровольно удалился в изгнание и там сочинил много книг, преимущественно по логике: "Зияющие высоты", "Жёлтый дом", "Катастройка", "Горбачевизм", "Комплексная логика", "Логика науки". Во всех них он хулит тиранна Горбачева и предсказывает ему скорый конец, а также поносит философов.

Щедровицкий приводит такое его изречение: "Раньше буржуазные философы объясняли мир, а теперь советские философы и того не делают" и рассказывает далее, что, произнеся эти слова в народном собрании, Зиновьев был удостоен рукоплесканий.

В книге "Зияющие высоты" он и Щедровицкого, и многих других философов описал в самом жалком и отталкивающем виде, но, не желая терять дружбы с ними, вывел их под другими именами.

Еще рассказывают, что Зиновьев со Щедровицким, в пору их дружбы, часто встречвлись на станции метро "Площадь революции" и подолгу прогуливались там, ведя философские и политические беседы. В память об этом там впоследствии был воздвигнут великолепный портик, украшенный изваяниями богов и героев, его можно видеть и по сей день. Некоторые утверждают, что все эти изваяния принадлежат резцу Шемякина, а другие - что их создал Церетели по приказанию Лужкова, но ни то, ни другое не кажется нам достоверным.
философствующий

Щедровицкий

В молодости был дружен с Мамардашвили, Зиновьевым и Грушиным, впоследствии же разошелся с ними и стал учить философии самостоятельно. Как утверждают, причина их разрыва такова: Мамардашвили учил, что мышление одно, Щедровицкий же - что их множество, и мышления землекопа, плотника и мастера, делающего сандалии, совсем не походят друг на друга.

Отец его делал самолеты, а дед был тиранноборцем. Сперва Щедровицкий занимался физикой, намереваясь изобрести атомную бомбу, но позже оставил эти занятия и стал методологом. Сам он пишет, что обучался логике у Шеварева, а психологии у Рубинштейна. Говорят, он был также слушателем Челпанова, но это кажется нам недостоверным.

Однажды при нем некто стал хулить Выготского, утверждая, что тот отрицает учение Ленина об отражениях. Щедровицкий, любивший Выготского, не смог этого стерпеть и громогласно вскричал: "Клевета!" Услышав это, хуливший побледнел, упал и умер от страха. Подобным же образом, говорят, Щедровицкий умертвил некого Трахтенберга.

Однажды тиранн Хрущев, желая узнать, в чем состоит учение Щедровицкого и не опасно ли оно для государственных устоев, тайно подослал к нему соглядатая под видом ученика. Тот, потрясенный мудростью Щедровицкого, в самом деле стал его учеником и повсюду ходил за ним, а впоследствии сошел с ума.

Еще рассказывают, что Щедровицкий писал оглавления ненаписанных книг, говоря при этом так: "Тот, кто понимает, по оглавлению восстановит, про что я мог думать, а, стало быть, и писать эти книги незачем, а для тех, которые восстановить не могут, я и подавно писать не буду".

Как-то, прогуливаясь с учениками и увидев на обочине дороги дохлую лошадь, он остановился и изрек: "Лошадь развилась до мертвой". Так он намекал на свое учение, согласно которому все в мире развивается из мыследеятельности и в нее же возвращается. Известны и другие его изречения: "Надобно отделять котлеты от мух", "Процесс пошел" и "Я всегда был идеалистом". Сочинений он написал много, но, как говорят, большая их часть записана учениками с его слов.

Был и другой Щедровицкий, сын первого, учивший о рамках. Говорят, что он давал советы Кириенко и многим другим, и даже составил законы для Нижнего Новгорода.

Был также и третий Щедровицкий, гебраист, изложивший историю евреев александрийскими стихами.
философствующий

Грушин

Грушин, друг Мамардашвили и Щедровицкого. По преданиям, отличался необычайной преданностью и усердием в дружбе. Покинутый Мамардашвили, озлобился и стал человеконенавистником и социологом.

Был и другой Грушин, певец-кифаред, в память о котором доселе проводят состязания кифаредов.